Валютный рынок: нефть тянет тенге вверх

Последние недели августа и первые дни сентября прошли для казахстанского тенге под знаком укрепления. По оценке аналитиков, национальная валюта укреплялась на фоне дорогой нефти и налогового периода, когда экспортеры продают валютную выручку для расчетов с бюджетом. За месяц тенге прибавил 13,1 тенге, или около 2,8%[1].

Эта тенденция сохранилась и в начале сентября: на торгах Казахстанской фондовой биржи 1 сентября средневзвешенный курс доллара опустился до 458,45 тенге, потеряв за сутки 3,12 тенге, при этом ноябрьские фьючерсы на нефть марки Brent торговались на уровне 92,14 доллара за баррель[2]. Официальный курс Нацбанка на этот же день составил 462,31 тенге за доллар — значение сформировано по итогам предыдущих торгов.

Рост нефтяных котировок связан с обострением ситуации вокруг Ирана: во вторник, 1 сентября, биржевые цены ускорили рост на фоне возобновления взаимных ударов США и Ирана на Ближнем Востоке, а стоимость Brent впервые за долгое время поднялась выше 91 доллара за баррель[3]. Для Казахстана как экспортера нефти подобная динамика традиционно выступает поддерживающим фактором для валютных поступлений бюджета и курса национальной валюты, хотя геополитическая премия в цене делает рынок крайне волатильным и труднопрогнозируемым в краткосрочной перспективе.

Инвестиционный цикл: рекордные объемы и смещение приоритетов

На фоне валютной стабилизации в Казахстане продолжает формироваться новый инвестиционный цикл, ориентированный не только на объем привлекаемого капитала, но и на изменение его отраслевой структуры. В портфеле национальной компании по привлечению инвестиций сейчас находится 215 проектов на 78,6 млрд долларов, из которых 93 проекта на 32,2 млрд долларов уже реализуются, а еще 122 проекта на 46,4 млрд долларов находятся в проработке[4]. Только с начала 2026 года в рамках механизма соглашений об инвестициях, охватывающего проекты стоимостью свыше 32 млрд тенге, подписано 25 соглашений на сумму около 4,4 трлн тенге — они затрагивают энергетику, фармацевтику, металлургию, агропромышленный комплекс и инфраструктуру. Всего с 2021 года заключено 66 подобных соглашений на 17,8 трлн тенге.

При этом структура прямых иностранных инвестиций смещается в сторону обрабатывающей промышленности: по итогам 2025 года вложения в этот сектор выросли на 47,4%, тогда как в добывающем секторе, куда традиционно относится нефтегазовая отрасль, сократились почти вдвое. Это отражает декларируемый правительством курс на диверсификацию экономики и снижение зависимости от экспорта сырья, хотя углеводороды по-прежнему остаются основным источником валютной выручки и бюджетных поступлений страны.

Нефтегазовый сектор: локализация и контракты

Несмотря на смещение инвестиционных приоритетов, нефтегазовая отрасль остается системообразующей для экономики Казахстана. По данным профильного министерства, топливно-энергетический комплекс формирует 16% ВВП страны и обеспечивает более 19% всех инвестиций в экономику, а доля внутристрановой ценности в закупках недропользователей достигла 65%, или около 3 трлн тенге[5]. Это говорит о постепенном увеличении вклада местных поставщиков в цепочки поставок крупных нефтегазовых операторов.

Параллельно растет объем долгосрочных контрактов между операторами крупнейших месторождений и казахстанскими предприятиями: по трем крупнейшим проектам действуют пятилетние программы локализации, а объем долгосрочных заказов местным компаниям за год увеличился более чем вдвое. В стране уже локализовано 10 производств оборудования и материалов, которые ранее импортировались, и до конца текущего периода планируется запустить еще 15 подобных производств. Такая динамика позволяет отрасли постепенно снижать зависимость от импортного оборудования и укреплять позиции казахстанских подрядчиков.

Региональный контекст

Ситуация в соседних странах Центральной Азии остается разнонаправленной. Узбекистан продолжает наращивать зависимость от импорта трубопроводного газа: за первое полугодие 2026 года закупки природного газа из России и Туркменистана выросли на 41,4% и составили почти 972 млн долларов, тогда как собственный экспорт газа страны, напротив, сократился более чем на треть. Это подчеркивает растущую роль трансграничной торговли энергоресурсами в регионе на фоне истощения зрелых месторождений и растущего внутреннего спроса.

В целом финансовая картина отрасли в начале сентября остается умеренно позитивной для Казахстана: дорогая нефть поддерживает тенге и бюджетные доходы, а параллельно продолжается приток инвестиций и расширение локальных контрактов в энергетическом секторе. Вместе с тем сохраняющаяся геополитическая напряженность вокруг Ирана делает нефтяной рынок источником повышенной волатильности, за динамикой которой участникам отрасли предстоит внимательно следить в ближайшие недели.