Рынки и финансы

Минувшая неделя дала наглядный пример того, как связь между ценой на нефть и курсом национальной валюты становится всё менее очевидной. Мировой рынок нефти пережил период резких колебаний: нефтяной рынок завершил неделю ростом – Brent подорожала до 103,5 доллара за баррель, казахстанская CPC Blend – до 130 долларов[1]. Основной экспортный сорт казахстанской легкой нефти при этом продолжает торговаться с заметной премией к международному эталону – по разным оценкам, разница в отдельные моменты достигала 18–19 долларов за баррель в пользу казахстанского сырья.

Такая премия – результат перестройки глобальных цепочек поставок на фоне геополитической напряженности и перебоев с танкерным судоходством: нефтепереработчики ищут стабильные источники сырья вне зон конфликта, и казахстанская нефть, поставляемая с Тенгиза, Карачаганака и Кашагана по Каспийскому трубопроводному консорциуму, оказывается в выигрышном положении. Для бюджета страны это означает дополнительные валютные поступления и рост экспортной выручки добывающих компаний.

Парадокс курса

Казалось бы, при такой динамике цен тенге должен был уверенно укрепляться. Однако реальная картина оказалась иной. В понедельник, 5 октября, доллар на Казахстанской фондовой бирже стоил 455 тенге, к среде курс опустился до 447,1 тенге, но уже к пятнице, 9 октября, вырос до 453,93 тенге[2]. Амплитуда колебаний за неделю составила 7,9 тенге, а средний курс сложился на уровне 451,7 тенге за доллар – формальное укрепление к началу недели практически нивелировалось к её завершению.

По оценке опрошенных экономистов, ситуация показала пределы влияния нефтяного фактора на курс тенге: даже при Brent выше 100 долларов национальная валюта может терять позиции, если другие рыночные факторы действуют в противоположном направлении[3]. Торги на бирже при этом были достаточно активными – среднедневной объём операций на KASE составил порядка 493,5 млн долларов, с максимумом в понедельник на уровне 645,1 млн долларов, однако во второй половине недели объёмы начали сокращаться одновременно с ослаблением тенге.

Эта ситуация не нова: ещё неделей ранее курс доллара к тенге резко вырос по итогам пятничных торгов, прибавив 9,24 тенге, до 451,50 тенге, что аналитики связывали как с внешними факторами, так и с ростом внутреннего спроса на валюту. При этом Ассоциация финансистов Казахстана отмечала, что на фоне избытка предложения валюты в сентябре Нацбанк даже отложил плановые покупки в рамках зеркалирования операций с Нацфондом и не проводил валютных интервенций в течение месяца. Контраст с предыдущим месяцем показателен: в сентябре тенге укрепился сразу на 4,6%, до 440,49 тенге за доллар, однако закрепить эту динамику не удалось.

По данным на начало недели 12 октября, тенге частично отыграл пятничное падение: средневзвешенный курс доллара на KASE составил 451,13 тенге, что на 2,83 тенге меньше, чем днём ранее. Подешевел доллар и в обменных пунктах. Тем не менее волатильность последних недель наглядно демонстрирует, что классическая формула «дорогая нефть – сильный тенге» всё чаще даёт сбои, а на курс одновременно влияют внутренний спрос на валюту, динамика внешней торговли, операции Нацфонда и настроения участников рынка.

Инвестиционный контекст

На фоне волатильности валютного рынка страна продолжает позиционировать себя как крупный региональный инвестиционный хаб. По оценкам международных изданий, за последние семь лет Казахстан привлёк порядка 114 млрд долларов иностранных инвестиций, рекордные суверенные рейтинги и масштабную диверсификацию экономики, во многом опираясь на нефтегазовый сектор как источник капитала и экспортных доходов[4]. Нефтегазовая отрасль по-прежнему остаётся ключевым генератором валютной выручки, финансируя при этом крупные инфраструктурные и транспортные проекты, включая развитие транскаспийского транспортного коридора.

Для участников рынка – от экспортёров нефти до компаний нефтесервисного сектора – ситуация последних недель служит напоминанием: ориентироваться исключительно на динамику мировых цен на сырьё при планировании валютных операций становится всё более рискованно. Премия казахстанского сорта к Brent повышает доходы добывающих компаний в долларовом выражении, однако транслировать этот эффект в предсказуемое укрепление тенге рынку пока не удаётся – слишком много иных факторов одновременно определяют баланс спроса и предложения валюты внутри страны.